Купить билет Написать Телефон кассы +7 (351) 263-30-35
/

Камоцкая И.

Камерный театр – один из самых молодых в Челябинске, и его биография, по словам критика Андрея Ваганова, отличается « удивительной нестандартностью». Его создатели –   актеры Тюза Евгений Фалевич и Людмила Барад. Еще работая в Тюзе, Фалевич попробовал себя в качестве режиссера. Поставленный им в 1987 году спектакль «Под одной крышей» по пьесе Людмилы Разумовской показывали почти тайно на самом верхнем этаже театра. Смотрели его и столичные критики,  доброжелательности при обсуждении, к сожалению, не проявившие. Словом изначально в своих поисках молодой режиссер натолкнулся на нешуточное противодействие. А ведь в спектакле присутствовала подлинность, искренность, психологизм. И рассказывал он про нашу действительную жизнь, недостаток в ней любви, жестокость близких людей по отношению друг к другу. Но начинающий режиссер и организатор не был одинок, вокруг него сплотились единомышленники. Понадобилось некоторое время на собирание сил, поиск помещения. За этот срок окончательно сложилась творческая программа создаваемого театра, обнародованная в листовке-манифесте. Ее пафос – в необходимости противостоять театральной рутине: «Мы хотим иметь небольшую камерную аудиторию, аудиторию зрителей, таких же неудовлетворенных, беспокойных, ищущих, как и мы… Именно поэтому мы и назвали свой театр Камерным. А не оттого, что в своих спектаклях хотим изображать интимные чувства или замкнутый человеческий внутренний мир». (Даже в то, перестроечное время, подобные оговорки делать приходилось). В этом обращении, в самом выборе наименования театра «Камерный» чувствуется влияние программы, заявленной А. Я. Таировым при создании Камерного театра в Москве: «Мы хотели работать вне зависимости от рядового зрителя, этого мещанина, крепко засевшего в театральных залах, мы хотели иметь небольшую аудиторию своих зрителей, таких же неудовлетворенных, беспокойных, ищущих, как и мы…». Первой премьерой рождающегося театра стал спектакль «Крик лангусты» по пьесе

Д. Марелла (1989) с его атмосферой высокой духовности, эстетической завершенностью и изысканностью. Критик Сергей Загребин после премьеры выразился так: «Чудо театра! В спектакле «Крик лангусты» оно захватывало и не отпускало даже после его окончания». Это была победа. Однако в очередной раз убедила она не всех. И у коллег, и у чиновников по отношению к театральным начинателям то и дело проскальзывало слово «самозванцы». Ведь долгие советские годы рождение театра снизу оказывалось практически не возможным. Примеров такой самостийности единицы, особенно в провинции. Правда, время изменилось. А значит, начать новое дело оказалось возможным.

        На первых порах энтузиастам приходилось нелегко. Не было своего здания. Приходилось арендовать различные, иногда случайные, помещения, даже подвалы. Актеры осваивали смежные профессии – от швеи до столяра. Так что не только инициаторов, но и всех, кто причастен к созданию театра, справедливо называть подвижниками. Это Сергей Дзюба и вскоре переехавшая в Челябинск его супруга Зульфия Акчурина, вернувшиеся из обжитого Абакана ученик Наума Орлова Виктор Нагдасев и его жена Надежда Нагдасева, Елена Исаева, Владимир Коняхин, Татьяна Пономарева, Радик Гафуров, художница Татьяна Волкова-Гафурова. Чуть позже актриса Свердловского тюза, нар. арт. РФ Любовь Ворожцова все-таки проведет параллель между молодым Камерным и также родившимся по инициативе снизу легендарным «Современником»: «объединились единомышленники, готовые во имя прекрасной идеи создания театра жертвовать многими ценностями жизни. И мы видим, что в этом театре царит Любовь – радостно живут и радостно творят».

         Неоценимую помощь в становлении новому организму оказал Челябинский государственный институт культуры (ныне – Академия культуры и искусств). «Крик лангусты», например, играли на сцене его Учебного театра, там же часто репетировали. Значимой оказалась и поддержка Челябинского фонда культуры (председатель Кирилл Шишов, директор Бюро творческих инициатив Тамара Либерман). Либерман и стала первым директором театра. На один из показов «Крика лангусты» были приглашены московские критики. Среди них оказался Михаил Швыдкой (тогда еще театральный критик, не занимавший крупных государственных постов). Прибыв на спектакль прямо «с корабля на бал», т. е. с самолета, столичный гость задремал. Но у критиков-профессионалов  есть одна замечательная особенность: даже в подобном состоянии они улавливают импульсы, идущие со сцены. В результате и очень быстро Михаил Ефимович проснулся и объявил соседу-коллеге: «А ведь это можно смотреть!». Надежды на движение в сторону эстетического самоопределения получали все новые подтверждения.

        К сожалению, вскоре Фалевич и Барад покинули страну, устав от пустых прилавков, хаотичности новой жизни. Да и сложностей в налаживании театрального дела оказалось все-таки несправедливо много. Последней работой Фалевича-режиссера на сцене «Камерного» (у театра уже было свое здание – то самое, где он и теперь обитает по адресу Цвиллинга, 15) стал спектакль «Археология» по пьесе А. Шипенко (кстати, также вскоре покинувшего Родину и работающего в настоящее время в Германии). Пьеса как будто специально предназначена для неофитов из Челябинска, рвущихся к эксперименту: странные персонажи и события, размытое действие, не подчиняющееся житейской логике. Но Фалевич почувствовал: таким способом автор размышляет о нашем неблагополучном мире, о нашей жажде обрести душевный мир. С этим спектаклем театр впервые принял участие в Областном фестивале профессиональных театров «Театральная весна» (ныне – «Сцена»). Оценки жюри – дело во многом субъективное. Тот состав в большинстве своем работу Фалевича-режиссера по достоинству не оценил. Зато была отмечена наградами работа художника Татьяны Волковой-Гафуровой и актрисы Елены Рыжанковой. Но был еще и Специальный приз Областного управления культуры   справедливо, наконец – Евгению Фалевичу.  Так что Фалевич и Барад покинули созданный театр на взлете. К тому же из рук в руки передали детище близкому по духу режиссеру Виктории Мещаниновой, в то время преподавателю режиссуры и актерского мастерства ЧГИК, по стечению обстоятельств отлученной от профессионального театра. А за ней пришел и новый директор Алексей Пелымский, ряд тюзовских актеров (Наталья Жернакова, Андрей Абрамов, Юрий Мешков), хореограф Виктор Панферов, художник Сергей Александров, режиссер Виктор Дель (история его отношений с Камерным могла оказаться богаче на события, не прими  и он решение об отъезде на историческую родину).

        Начался новый этап творческой жизни театра. Его почерк не мог не измениться, однако, дух остался прежним. Это дух творческого поиска и эксперимента, приоритет авторской режиссуры. Кстати, в последние годы директорства Пелымского (сегодня он руководит Челябинским концертным объединением, а его пост перешел к Борису Ломовских, затем в 20011 г. – к Алле Точилкиной) профессор Лушкинава, архитектор-парапсихолог из Екатеринбурга, проводила исследования здания, в котором выпало обитать театру. В соответствии с ее выводами над зданием сходятся положительные лучи. Те, кто в нем работают, и те, кто сюда приходят на спектакли, заражаются положительной энергетикой.

        Тем не менее, новая команда пришла в театр в не совсем благоприятное время. Начинались тяжелые 90-ые. В условиях, происходящих в стране жестких реформ, далеко не всегда согласующихся с интересами отдельного человека, выжить молодому творческому организму оказалось нелегко. В конце концов, новое руководство добилось получения театром статуса «государственный» (1992), что значительно стабилизировало его финансовое положение. С помощью Областной администрации произвели капитальный ремонт здания, доставшегося театру не в лучшем состоянии. Была увеличена сцена, в зрительном зале сделана новая облицовка стен, появились новые кресла. И, наконец, стильно, в духе эпохи модерн, с помощью художницы Волковой-Гафуровой оформлено фойе. А в 2005 году театр «прибавил в весе»: в трехэтажном пристрое получил дополнительные 180 кв. метров. Главным приобретением стал новый репетиционный зал и несколько кабинетов, что помогло освободить помещения для новых гримерок. Первоначально все актеры ютились в 2 маленьких комнатках, а для репетиций оставалась только сцена, занятая в результате с раннего утра до позднего вечера. Сегодня фасад театра и его интерьер снова нуждаются в обновлении, и летом 2011 г. оно началось.  

        В начале девяностых пришлось столкнуться и с еще одной трудностью: начался период оттока зрителя от театра. Камерный театр почувствовал это на себе в полной мере: даже преданный ему зритель теперь с трудом соглашался смотреть «Археологию», как и ряд других спектаклей. Но театр не сдавался, искал новые формы (иногда в смысле хорошо забытых старых) привлечения зрителя. Налаживали клубную работу, устраивали посиделки со зрителями. В спектакле «Уроки музыки» (реж. Ю. Горин, 1993) любимица публики актриса Московского театра им. Моссовета, нар. арт. РФ Валентина Талызина несколько раз выходила на сцену с актерами самого Камерного. Театр продлил жизнь моноспектаклю нар. арт. РФ Александра Филиппенко «Мертвые души» Н. В. Гоголя в постановке М. Розовского (1993). В Москве по ряду причин он давно сошел со сцены. В Камерном сделали для него новые декорации, и пару сезонов он числился в его репертуаре. Каждое появление Филиппенко в городе сопровождалось и его концертами, неизменно « на ура» принимаемыми публикой.   В результате Администрация губернатора именно Челябинской области представила актера на Театральную премию им. Алексея Попова, и он эту премию получил. И однажды именно в Камерном отпраздновал свой юбилей.

         Собственная творческая жизнь Мещаниновой в Камерном театре началась с постановки «Женитьбы Бальзаминова» А. Н. Островского. Многие театралы помнят этот спектакль и даже продолжают о нем спорить. А тогда, это был 1992 г, кое у кого он вызывал откровенное отторжение. Уж слишком личностным был подход режиссера к автору, слишком нелицеприятными его выводы о нашем духовном состоянии, вызывающе шокирующими постановочные решения. Мещанинова видела в Островском не бытописателя, а «исследователя глубинных основ нашего образа жизни», знала при этом, что идет на риск, и была благодарна коллективу, который ее в этом непредсказуемом предприятии поддержал.

        Для Мещаниновой присутствие в театре общественно-политической линии (по терминологии Станиславского), общественного звучания спектакля особенно важно. Ей хочется говорить со сцены о болевых точках современности, о социальных проблемах, нередко ставящих человека в невыносимо тяжелые условия жизни. А чувство времени у нее уникальное. На его изменения, ритмы, колебания у нее абсолютный слух. Особенно внятно это чувство времени проявило себя в спектакле «Свадьба» по

А. П. Чехову (1997), отразившем в своих ритмах лихорадочный бег десятилетия. Узнаваемыми в своих реалиях и сущностных проявлениях стали и герои еще одной пьесы Островского «Волки и овцы» (2005). В спектакле «На пасху солнце танцует» (2007) явственно слышится толстовское «Не могу молчать»: не могу молчать о том, как страна бессмысленно жертвует жизнями своих мальчиков-солдат. Профессионалы пафос режиссера, современность языка спектакля оценили. Он стал лауреатом сразу двух престижных фестивалей – собственного областного «Сцена» и Екатеринбургского международного «Коляда-plays».

        Сказанное не означает, что Мещанинова – режиссер, высокомерно относящийся к реальным запросам большинства сегодняшних зрителей, измотанных все усложняющейся жизнью. Театр для них – не столько разговор о реальных жизненных проблемах, сколько место отдыха и развлечения. Нельзя сказать, что такое отношение к искусству естественно, но по нашим временам вполне понятно. И Мещанинова ставит спектакли, удовлетворяющие зрительской потребностям видеть на сцене светлое и высокое, смешное и любовно-интригующее. Так в 2005 г. в репертуаре театра появилась «Очень простая история» М. Ладо. А затем – «Пока спящий проснется» О. Ернева (2008), «Распутник» Э.-Э. Шмитта (2010).

        Отличает Камерный и готовностью пробовать себя в различных театральных формах и жанрах. Одно время к театру был приписан даже маленький оркестрик и хореографическая группа. В спектакле «Зеленый остров» по водевилю Ф. Кони «Принц с горбом, бельмом и хохлом» (1994) оркестрик сопровождал действие, уютно располагаясь прямо на сцене. В спектакле «Завтрак у предводителя» по И. С. Тургеневу (1994) – уже рядом со сценой, у самых ног зрителей. В «Пигмалионе» Б. Шоу танцевальная группа вырывалась прямо в фойе, создавая атмосферу бала, на котором бедную цветочницу Элизу Дулитл после длительных уроков фонетики должны были «принять за герцогиню». Наконец, в 2000 г. театр обратился к настоящей оперетте, позаимствовав в соседнем Екатеринбурге либретто и музыку. Вся эта затея была придумана  для актеров, их раскрепощения, раскрытия новых резервных возможностей. В спектакле «Медведь, медведь, медведь!» запели Н. Жернакова, М. Яковлев, В. Нагдасев, О. Барышев,

Е. Ожиганова, И. Миногин. Хотя первоначально педагог по вокалу Наталья Лопухова в возможность получения качественного спектакля не верила. Но потом сама же и удивлялась, радовалась полученному результату.

        В 1995 г. в театре родился еще один необычный спектакль «Пятое время года». Спектакль без слов. Театр должен был ехать на гастроли в Германию, хотелось иметь в репертуаре спектакль, язык которого интернационален. Гастроли не состоялись. А желание продолжать эксперименты на основе пластических средств театральной выразительности осталось. Высшим достижением на этом пути стала знаменитая теперь «Felicita», получившая одну из высших наград Областной «Сцены-2000», вызвавшая восторженные отклики зрителей и критиков во время показа в Оренбурге, Екатеринбурге, Сочи, Самаре.

        Мещанинову как руководителя театр отличает еще одно замечательное качество – она не создает театра одного режиссера (возможно от противного сказался опыт ее великого учителя Георгия Товстоногова). Познакомившись с творчеством талантливого, близкого идейно и художественно режиссера влюбляется в него, буквально заболевает им. И тогда его приглашение в Камерный на постановку становится неизбежным (что, конечно, успех гарантирует не всегда). В 90-ые не случилось подлинного творческого альянса с немецкой режиссурой. Аскетичный «Войцек» Г. Бюхнера в постановке Гаральда Блашке (1994) в прокате практически провалился (возможно, театр просто-напросто опередил время). «Пигмалион» Б. Шоу (реж. Георг Кель, 1995) страдал иллюстративностью, хотя был принят зрителем благожелательно, много лет не сходил со сцены

        Зато в 1994 г. тонкий и душевный спектакль «Милостивый государь, спешу…» по роману Ф. М. Достоевского «Бедные люди» поставил Николай Черкасов из Рязани (о судьбе этого талантливого режиссера нам, к сожалению, сегодня ничего не известно). Одни из лучших своих ролей в этом спектакле сыграли ныне заслуженные артисты России Виктор Нагдасев и Зульфия Акчурина.

        Важная и интересная страница в жизни театра связана с приглашением режиссера из Петербурга Игоря Коняева. Первая его постановка на сцене Камерного – «Женщины всегда смеются и танцуют» по пьесе О. Мухиной «Таня-Таня». В то время Коняев был еще дипломником Льва Додина, который, кстати говоря, приезжал на премьеру, чтобы поддержать своего ученика. Режиссеру поколения Мещаниновой уже с трудом представлялось, как, с какого боку подобраться к странной, внесюжетной пьесе Мухиной.

А вот Коняев ни минуты не сомневался: «Знаю!». И действительно. В силу таланта и молодости он нащупал секрет сценического воплощения пьесы, написанной «вопреки всем правилам». А поставленный им в 2001 г. «Конкурс» стал настоящим хитом, до сих пор не сходит со сцены.

        Сегодня историю Камерного невозможно представить и без работ Сергея Федотова (Пермь). Первыми были «Игроки» (2002). Идея пригласить режиссера на эту постановку родилась после того, как на очередной проводимый театром фестиваль  «Камерата» режиссер привез «Игроков», поставленных на собственной сцене пермского театра «У моста». Тот спектакль был воистину мистическим (режиссер любит и сам постоянно подчеркивает, что театр его – мистический). Действие происходило в полутьме, рассекаемой таинственными сполохами света. В этом инфернальном пространстве передвигались загадочные, почти монстрообразные персонажи. Спектакль, поставленный в Челябинске, не стал повторением пермского, был в большей степени укоренен в быт, его естественное течение. Хотя загадочности и таинственности в нем также хватало. Главное впечатление рождалось от мастерски по внутреннему и внешнему рисунку проработанных ролей. Не случайно спектакль был успешно показан в Чехии, до сих пор сохраняется в репертуаре. В сезон 2010-2011 Федотов вновь получил приглашение в Камерный театр. Теперь как знаток творчества ирландского драматурга Мартина МакДонаха,  получивший за один из спектаклей по его пьесам «Калека с Инишмана» Национальную театральную премию «Золотая маска». По многим причинам «Красавица из Линэна» рождалась непросто. Сказалась и жесткая манера репетировать, присущая Федотову (а ведь в спектакле были заняты и женщины-актрисы), непреодолимая зависимость режиссера от своего же первоначального замысла.   Однако спектакль получился, прежде всего, и как раз с точки зрения зрелых и ярких актерских работ Марии Беляевой, Елены Мальцевой, Зульфии Акчуриной, Натальи Жернаковой.    

        Странная судьба ожидала спектакль «Обломов (сон)» по пьесе М. Угарова «Смерть Ильи Ильича». Спектакль был поставлен учеником Анатолия Васильева Владимиром Берзиным. К сожалению, режиссер не доверился автору, расширил пьесу за счет кусков из романа-первоисточника, размножил персонажей (как когда-то любил делать в своих публицистических спектаклях Ю. Любимов). Но то, что хорошо Любимову, оказалось плохо Гончарову в купе с Угаровым. Дополнительные сцены утяжеляли спектакль, лишали внятности высказывания. Однако образ главного персонажа Ильи Ильича Обломова у Михаила Яковлева был ярок, полнокровен, захватывающе и интригующе интересен.

        Самым спорным в судьбе Камерного театра оказалось приглашение режиссера из Петербурга Алексея Янковского. Спорным – поскольку многими коллегами и критиками, в том числе челябинскими, его творчество не принимается, даже отвергается. Естественно, что режиссер-нонконформист предложил театру необычную из необычных пьесу Клима (Владимир Клименко – еще одна спорная фигура в отечественном театре) с длинным названием «Достоевский-Честертон: Парадоксы преступления, или Одинокие всадники Апокалипсиса». Хотя в основе спектакля история Раскольникова, героя романа Ф. М. Достоевского, он с полным основанием может быть назван бессюжетным. Отсутствие связного действия компенсируется энергетическим и эмоциональным напряжением, с которым герои вбрасывают в зал свои взвинченные монологи. Скажем прямо, для челябинского зрителя, достаточно консервативного в своих эстетических предпочтениях, спектакль этот трудноват. Не спасает положение даже танцевальное попурри, его завершающее. А вот на Международном фестивале «Театральные конфронтации» в Люблине (Польша, 2008) спектакль прошел с успехом. Был приглашен и для показа на сцене Театрального центра им. Мейерхольда в Москве. И арт-директор Центра Павел Руднев назвал показ «Парадоксов преступления» главной удачей Центра в 2008 году. Второй постановкой Янковского на сцене Камерного была уже классическая чеховская «Чайка». К этому опусу Янковского зрители отнеслись с большим доверием и пониманием. Спектакль, идущий на воде, сопровождаемый музыкой Штрауса и Чайковского, обволакивает и завораживает. На одном из представлений присутствовала нар. арт. России Ирина Мирошниченко, когда-то во мхатовской «Чайке» игравшая Машу, а теперь и с огромным успехом – Аркадину. После спектакля, обращаясь к участникам спектакля, она высказала много добрых слов, как в адрес режиссера, так и в адрес всех исполнителей. 

       Нельзя не вспомнить и питерца Владимира Гурфинкеля, чья «Квадратура круга» сохраняется в репертуаре уже более 10 лет.

        В 2006 году в коллектив вернулся Олег Хапов, в прошлом – актер, теперь режиссер театра. За прошедшие шесть лет он создал работы, завоевавшие симпатии и любовь публики, признание критиков. Прежде всего, это касается спектакля «Музыки и сигарет не хватит до весны…», ставшего лауреатом  сразу трех фестивалей. Творческая жизнь театра неизменно подпитывается энергией Хапова-человека и режиссера. Именно ему принадлежит оригинальная идея создания на основе сочинений сегодняшних школьников спектакля-акции «Все, что было не со мной…», посвященного 65-летию победы в Великой Отечественной войне. В рамках Проекта «Театр и мир» Хапов осуществил постановку спектакля «Мужчины на грани нервного срыва», в котором на сцену театра вместе с профессиональной актрисой вышли самодеятельные исполнители. Хапову принадлежит разработка идеи театральных уроков для школьников «Любимый город». Пилотный спектакль проекта «Ночь в музее» увидел свет к 275 годовщине г. Челябинска. Хапов в качестве режиссер постоянный участник и театрализованных читок, проводимых театром.

         Организация и участие в театрализованных читках современной драматургии – одно из ведущих направлений в деятельности Камерного. Читки, познакомившие публику, в основном молодежную, с новейшими произведениями столь же молодых отечественных драматургов впервые проведены в Челябинске в 2001 году. Произошло это именно по инициативе и на базе Камерного театра. Пьесы читались одна за другой без перерыва двенадцать часов. На сцене одни актеры приходили на место других, в зале – одни зрители сменяли других.  Но неизменно он был переполнен. Нашлись даже такие почитатели новой драмы, которые не покидали театра в течение всего действа. А закончилось оно своеобразным фуршетом, во время которого по-братски и демократично были нарезаны бутерброды из нескольких батонов колбасы. Одна из пьес, представленных на читке «Тутанхамон Н. Коляды, в итоге была театром взята в работу и продержалась в репертуаре десять лет. Подобное произошло и после читки пьесы

И. Бауэршимы «Norway today» , которая проводилась в рамках Дней Германии в России. Актеры Марина Гез и Петр Артемьев настолько убедительно представили пьесу, что руководство театром приняло решение включить е в репертуар. Итогом этой работы и стал один из самых успешных спектаклей театра «Музыки и сигарет не хватит до весны…». В последствие театр еще не раз принимал участие в российско-германских проектах. Подключился он и начинаниям Центра современной драматургии, возданного в городе в 2010 году по инициативе критика Владимира Спешкова и режиссера Евгения Ланцова . Театрализованной читкой пьесы молодого уральского драматурга А. Батуриной «Фронтовичка» театр отметил и 66-ую годовщину победы в Великой Отечественной войне.

        В 2006 г. труппа театра пополнилась выпускниками актерского курса театрального факультета ЧГАКИ (руководитель курса – Виктория  Мещанинова). Дипломный спектакль курса «Катерина К. и К по произведениям А. Н. Островского участвовал в Международной театральной универсиаде «UNIFEST», проводимой в Челябинске (май 2006 ), и получил Золотой диплом фестиваля. В настоящее время молодые актеры заняты в большинстве спектаклей текущего репертуара. Их полюбили зрители, признала критика. А за ними пришли и выпускники других курсов – Виктория Бухарина (курс доцента Татьяны Скорокосовой), Антон Ребро, Михаил Емелин (курс профессора Елены Калужских).

        И сегодня Камерный театр остается верен принципам, заявленным отцами-основателями. По-прежнему он не боится экспериментировать, ищет режиссеров-союзников. На этих путях завязался творческий союз с признанным хореографом, лауреатом «Золотой маски» и начинающим режиссером Ларисой Александровой (г. Москва), предложившей смелую идею постановки спектакля по «Балаганчику» и стихам А. С. Блока (2011). Успешным стало и сотрудничество с молодым питерским режиссером Семеном Александровским. Поставленный им по пьесе Анны Яблонской спектакль «Утюги» пользуется заслуженным успехом у публики.

Читайте также:

Интервью Виктории Мещаниновой на радио «Южный Урал»

"Некамерные" постановки в Камерном"

Камоцкая И.

"Камерный театр: история и современность"//специально для сайта

Назаленова Н.

"Чтобы вернуть в театр праздник" //.В.Ч. 1994, 27 января

Ефремов В

"Передвижение от Челябинска к Берлину"\\Челябинский рабочий,2009,12 ноября (Театрализованные читки в Камерном к 20-летнему юбилею падения Берлинс